Неточные совпадения
Всегда она бывала чем-нибудь занята: или вязала чулок, или рылась в сундуках, которыми была наполнена ее комната, или записывала белье и, слушая всякий вздор, который я говорил, «как, когда я буду генералом, я женюсь на чудесной красавице,
куплю себе рыжую
лошадь, построю стеклянный дом и выпишу родных Карла Иваныча из Саксонии» и т. д., она приговаривала: «Да, мой батюшка, да».
Решив это, он тотчас же написал записку Роландаки, посылавшему к нему не раз с предложением
купить у него
лошадей.
— Ты говоришь Могучий Ланковского. Это
лошадь хорошая, и я советую тебе
купить, — сказал Яшвин, взглянув на мрачное лицо товарища. — У него вислозадина, но ноги и голова — желать лучше нельзя.
Он слушал разговор Агафьи Михайловны о том, как Прохор Бога забыл, и на те деньги, что ему подарил Левин, чтобы
лошадь купить, пьет без просыпу и жену избил до смерти; он слушал и читал книгу и вспоминал весь ход своих мыслей, возбужденных чтением.
Прибыли мы наконец в Тулу;
купил я дроби да кстати чаю да вина, и даже
лошадь у барышника взял. В полдень мы отправились обратно. Проезжая тем местом, где в первый раз мы услыхали за собою стук телеги, Филофей, который, подвыпив в Туле, оказался весьма разговорчивым человеком, — он мне даже сказки рассказывал, — проезжая тем местом, Филофей вдруг засмеялся.
«И что я стану теперь делать без Малек-Аделя? — думалось Чертопханову. — Последней радости я теперь лишился — настала пора умирать. Другую
лошадь купить, благо деньги завелись? Да где такую другую
лошадь найти?»
— Стой! — воскликнул он. — Ты где
лошадь купил?
Мне хотелось
купить тройку сносных
лошадей для своей брички: мои начинали отказываться.
— Я у Ефима… сычовского… — залепетал умирающий, —
лошадь вчера
купил… задаток дал… так лошадь-то моя… жене ее… тоже…
Пока Ермолай ходил за «простым» человеком, мне пришло в голову: не лучше ли мне самому съездить в Тулу? Во-первых, я, наученный опытом, плохо надеялся на Ермолая; я послал его однажды в город за покупками, он обещался исполнить все мои поручения в течение одного дня — и пропадал целую неделю, пропил все деньги и вернулся пеший, — а поехал на беговых дрожках. Во-вторых, у меня был в Туле барышник знакомый; я мог
купить у него
лошадь на место охромевшего коренника.
Мужик подъехал к лавке,
купил овса и поехал домой. Когда приехал домой, дал
лошади овса.
Лошадь стала есть и думает: «Какие люди глупые! Только любят над нами умничать, а ума у них меньше нашего. О чем он хлопотал? Куда-то ездил и гонял меня. Сколько мы ни ездили, а вернулись же домой. Лучше бы с самого начала оставаться нам с ним дома; он бы сидел на печи, а я бы ела овес».
«Надобно
купить трость», — подумал он, прислушиваясь. Там, внизу, снова тяжело топала по камню
лошадь, а шума колес не было слышно.
А Бронский, тоже земский начальник, штрафует мужиков на полтинник, если они не снимают шапок пред его
лошадью, когда конюх ведет ее
купать.
— Вы, господин, не верьте ему, он — богатый, у него пяток
лошадей, три коровы, два десятка овец, огород отличный. Они, все трое, богачи, на отруба выбиваются, землю эту хотят
купить.
— Недавно в таком же вот собрании встретил Струве, — снова обратился Тагильский к Самгину. — Этот, сообразно своей натуре, продолжает быть слепым, как сыч днем. Осведомился у меня: как мыслю? Я сказал: «Если б можно было
выкупать идеи, как
лошадей, которые гуляли в — барском овсе, я бы дал вам по пятачку за те мои идеи, которыми воспользовался сборник “Вехи”».
— «Чем же это лучше Японии? — с досадой сказал я, — нечего делать, велите мне заложить коляску, — прибавил я, — я проедусь по городу, кстати
куплю сигар…» — «Коляски дать теперь нельзя…» — «Вы шутите, гocподин Демьен?» — «Нимало: здесь ездят с раннего утра до полудня, потом с пяти часов до десяти и одиннадцати вечера; иначе заморишь
лошадей».
— «Да разве ты знаешь всех
лошадей?» — «О уеs! — с улыбкою отвечал он, — десятка два я продал сюда и еще больше
покупал здесь.
Сказали еще, что если я не хочу ехать верхом (а я не хочу), то можно ехать в качке (сокращенное качалке), которую повезут две
лошади, одна спереди, другая сзади. «Это-де очень удобно: там можно читать, спать». Чего же лучше? Я обрадовался и просил устроить качку. Мы с казаком, который взялся делать ее, сходили в пакгауз,
купили кожи, ситцу, и казак принялся за работу.
На стоянках
лошади хрустели сеном, а они питались всухомятку, чем попало, в лучшем случае у обжорных баб, сидящих для тепла кушаний на корчагах;
покупали тушенку, бульонку, а иногда серую лапшу на наваре из осердия, которое продавалось отдельно: на копейку — легкого, на две — сердца, а на три — печенки кусок баба отрежет.
Часам к двум мы дошли до деревни Николаевки, в которой насчитывалось тогда 36 дворов. Отдохнув немного, я велел Олентьеву
купить овса и накормить хорошенько
лошадей, а сам вместе с Дерсу пошел вперед. Мне хотелось поскорей дойти до ближайшей деревни Казакевичево и устроить своих спутников на ночь под крышу.
Ночи сделались значительно холоднее. Наступило самое хорошее время года. Зато для
лошадей в другом отношении стало хуже. Трава, которой они главным образом кормились в пути, начала подсыхать. За неимением овса изредка, где были фанзы, казаки
покупали буду и понемногу подкармливали их утром перед походом и вечером на биваках.
В Вятке он уже
купил не одну, а трех
лошадей, из которых одна принадлежала ему самому, хотя тоже была куплена на деньги моего отца.
Мы ему набросаем полмиллиона, миллион франков, полпари за
лошадь на эпсомской скачке, мы ему
купим —
В конском снаряжении пришлось сделать некоторые изменения. Из опыта выяснилось, что путы — вещь малопригодная. Они цепляются за пни, кусты и сильно стесняют движение коней, иногда совершенно привязывая их к месту.
Лошади часто их рвут и теряют, в особенности в сырую и дождливую погоду. Вместо пут мы
купили канат для коновязи, недоуздки в двойном числе и колокольчики.
Лошади остались зимовать в Николаевске, но так как кормы были дороги, то их продали с аукциона и на вырученные деньги
купили новых в Забайкалье, но эти
лошади оказались хуже прежних, и крестьяне забраковали нескольких.
Сказано — сделано, и старики ударили по рукам. Согласно уговору Михей Зотыч должен был ожидать верного слугу в Баклановой, где уже вперед
купил себе
лошадь и телегу. Вахрушка скоро разделался с писарем и на другой день ехал уже в одной телеге с Михеем Зотычем.
— Хотелось бы то́тчас после Крещенья, только не знаю, управимся ли, — отвечал Петр Степаныч. — Домик в городе присмотрел, надо
купить его да убрать как следует, запасы по хозяйству тоже надо сделать, прислугу нанять,
лошадей завести, экипажи
купить. Мало ль сколько дела, а на все время требуется.
Матушка даже повернулась на стуле при одной мысли, как бы оно хорошо вышло. Некоторое время она молчала; вероятно, в голове ее уже роились мечты.
Купить земли — да побольше — да крестьян без земли на своз душ пятьсот, тоже недорого, от сорока до пятидесяти рублей за душу, да и поселить их там. Земля-то новая — сколько она приплода даст!
Лошадей развести, овец…
— Теперича, Михайло Васильич, — продолжал Морковкин, — Трифон Лохматый нову токарню ставит, не в пример лучше прежней, и пару коней
купил —
лошади доброезжие, не малых денег стоят, опять же из пожитков, что было покрадено, живой рукой справляет.
Когда пали слухи, что Алексей у Патапа Максимыча хорошо пристроился, что осиповский тысячник премного его жалует, сделал даже своим приказчиком, мирской захребетник задумался. Слышит от людей, что Трифон Лохматый нову токарню выстроил,
лошадей купил и всем прочим по хозяйству справляется. Раза по два на неделе бегает к нему Паранька, говорит, что деньги на расходы Алексей приносил… Разобрало зло писаря пуще прежнего.
Так, однажды он
купил где-то брошюру, автор которой уверял, что при помощи буры, селитры и, кажется, серного цвета можно изумительно раскармливать
лошадей при чрезвычайно скромных порциях обычного лошадиного корма.
Стал жалостлив беспримерно, даже к скотам: увидал из окна, как мужик стегал
лошадь по голове безобразно, и тотчас выслал и
купил у него
лошадь за вдвое цены.
Все припасы для обеда были закуплены с вечера в татарской деревне, не забыли и овса, а свежей, сейчас накошенной травы для
лошадей купили у башкирцев.
— Вы можете себе представить, капитан, — продолжал разливавший чай, обращаясь к безрукому и поднимая ножик, который уронил этот, — нам сказали, что
лошади ужасно дороги в Севастополе, мы и
купили сообща
лошадь в Симферополе.
Прелестный вид, представившийся глазам его, был общий, губернский, форменный: плохо выкрашенная каланча, с подвижным полицейским солдатом наверху, первая бросилась в глаза; собор древней постройки виднелся из-за длинного и, разумеется, желтого здания присутственных мест, воздвигнутого в известном штиле; потом две-три приходские церкви, из которых каждая представляла две-три эпохи архитектуры: древние византийские стены украшались греческим порталом, или готическими окнами, или тем и другим вместе; потом дом губернатора с сенями, украшенными жандармом и двумя-тремя просителями из бородачей; наконец, обывательские дома, совершенно те же, как во всех наших городах, с чахоточными колоннами, прилепленными к самой стене, с мезонином, не обитаемым зимою от итальянского окна во всю стену, с флигелем, закопченным, в котором помещается дворня, с конюшней, в которой хранятся
лошади; дома эти, как водится, были куплены вежливыми кавалерами на дамские имена; немного наискось тянулся гостиный двор, белый снаружи, темный внутри, вечно сырой и холодный; в нем можно было все найти — коленкоры, кисеи, пиконеты, — все, кроме того, что нужно
купить.
— Я не знаю, как у других едят и чье едят мужики — свое или наше, — возразил Павел, — но знаю только, что все эти люди работают на пользу вашу и мою, а потому вот в чем дело: вы были так милостивы ко мне, что подарили мне пятьсот рублей; я желаю, чтобы двести пятьдесят рублей были употреблены на улучшение пищи в нынешнем году, а остальные двести пятьдесят — в следующем, а потом уж я из своих трудов буду высылать каждый год по двести пятидесяти рублей, — иначе я с ума сойду от мысли, что человек, работавший на меня — как
лошадь, — целый день, не имеет возможности съесть куска говядины, и потому прошу вас завтрашний же день велеть
купить говядины для всех.
— Ах ты, моя маленькая женщина! — утешал ее Петр Елисеич, прижимая белокурую головку к своему плечу. — Во-первых, нельзя всем быть мальчиками, а во-вторых… во-вторых, я тебе
куплю тоже верховую
лошадь.
Одна
лошадь у Макара устарела для езды по лесу, и он все хотел променять ее, чтобы добыть получше, — вот бы и
лошадь осталась, кабы Макар прямо
купил себе новую.
Об этом я рассказал А.В. Амфитеатрову и В.М. Дорошевичу, которые пришли в восторг от этого предложения, приказали мне выдать крупный аккредитив, так как предстояло
купить оружие и
лошадь.
Через час мы были в Новочеркасске, у подъезда «Европейской гостиницы», где я приказал приготовить номер, а сам прямо с коня отправился в ближайший магазин,
купил пиджачную пару, морскую накидку, фуражку и белье. Калмык с
лошадьми ждал меня на улице и на все вопросы любопытных не отвечал ни слова, притворяясь, что не понимает. Вымуштрованный денщик был — и с понятием!
У Н.И. Пастухова осталась еще с молодых лет боязнь всякого начальства, и каждому власть имущему он старался угодить всеми возможными способами, давая всякому, кому только можно, взятки: кому денег даст взаймы без отдачи, у кого ненужную
лошадь купит. И у главного московского цензора Назаревского
купил две дачи в Пушкине за несуразно дорогую цену.
У Подкопаева и еще кое у кого
лошадей купил, потом ко мне заявился.
— Здравствуйте, Woldemar! Ax, какая славная
лошадь! У кого вы ее
купили?
— Ой, Ванюха!
купи у меня:
лошадь продаю! только уж добавь что-нибудь к двугривенному-то, сделай милость!
Ради шуток, ради веселья, чтобы забавно было жить на земле, чтобы все можно было
купить на кровь — певицу,
лошадей, ножи серебряные, посуду золотую, игрушки дорогие ребятишкам.
Ту же
лошадь, ввиду наступления рабочего времени, мужичок за сорок рублей
купит — смотришь, рублей десять — пятнадцать барышка с каждой головы наберется.
Купил Анпетов задешево небольшую пустошь, приобрел две коровы,
лошадь, несколько овец, запасся орудиями, выстроил избу на крестьянский манер и начал работать.
Н. помог Т. проникнуть в такое-то учреждение; взамен того, Т. помог Н.
купить по случаю пару
лошадей.
Зингер польстился на дешевую покупку и
купил у Савина 16
лошадей — шесть, находившихся в Берлине, и десять в Москве — за 16 000 марок.
Вдруг, например, захотела ездить верхом, непременно заставила
купить себе седло и, несмотря на то, что
лошадь была не приезжена и сама она никогда не ездила, поехала, или, лучше сказать, поскакала в галоп, так что Петр Михайлыч чуть не умер от страха.